Негативные эмоции способны омолаживать.

Интервью с Натальей Львовной Шарейко. Основатель и главный консультант Центра «ЖИЗНЕВЕД», проректор Института биосенсорной психологии, врач, эксперт в области народной медицины.

Общаясь с разными людьми, я неоднократно замечал: какой-нибудь 80-летний старичок производит впечатление молодого, полного сил и энергии человека, а иной юноша – напротив, похож на старика. Ничего то его не интересует, ничему то он не рад. В глазах — пессимизм. А посмотрите на наших ветеранов-блокадников – многие из них способны разговорить и развеселить  любого собеседника. Некоторым уже за 90, притом, что средняя продолжительность жизни в нашей стране 65 лет. В чем же тут дело?  Неужели жизненные тяготы и лишения могут принести человеку пользу? На эту тему я побеседовал со специалистом по нетрадиционной медицине и одновременно дипломированным врачом Натальей Шарейко.

— Наталья Львовна, о стрессах говорят, как правило, в отрицательном контексте. Неужели они так опасны?

Бывает по-разному. Начнем с того, что жизнь без стрессов невозможна. На жизненном пути мы постоянно преодолеваем препятствия, словно переходим с одной горы на другую,  а ведь между ними есть и труднопроходимые участки. Но для нас это является своеобразным тренингом. Представьте, что произойдет, если вы все время будите лежать на диване? У вас просто атрофируются мышцы, и вы не сможете ходить. То же самое случиться, если человек перестанет испытывать психологические нагрузки. Тогда любой пустяк выбьет его из колеи. Кратковременный стресс- это своего рода прививка от воздействия более травмирующих ситуаций. Человеку, выросшему в полном благополучии, становится непосильным даже обычный раздражитель.

— Но есть вещи, которые действительно трудно перенести, когда руки опускаются. Например, с потерей близкого человека смириться намного труднее, чем с потерей работы.

Человек может годами находиться в депрессии из-за смерти родственника. Он как бы умирает вместе с ним. Но ведь можно отыскать в себе силы принять сам факт потери, не зачеркивая при этом себя.

Понимаете – не сам размер свалившейся на нас неприятности определяет, справимся мы с ней или нет, а то, насколько мы к этому готовы. Даже легкие неприятности могут выбить из колеи, если ты в это время слаб.

Приведу еще один пример – когда от человека скрывают правду (допустим, страшный диагноз), его тем самым заставляют питать неоправданные надежды и лишают возможности действовать по ситуации. В результате он может не предпринять необходимых мер для выздоровления.  А время-то уходит.

Однако, если тяжелобольному в самом начале сказать о реальном положении дел,  может последовать шоковая реакция. Но когда она проходит, появляется желание действовать. Главная цель —  выжить, перед ней отступает все остальное. Ведь когда мы понимаем, что в любой момент нас может сбить поезд, мы всеми силами будем пытаться уйти с рельсов. У нас есть шанс это сделать. Весь вопрос в способности мобилизовать себя в ответ на свалившуюся опасность.

Сложность как раз в том, что многие люди привыкли жить в иллюзиях и самообмане. А это очень опасно. Сильные стрессы заставляют человека заново осмыслить жизненные приоритеты.

— Я даже слышал, что были случаи, когда больные со смертельным диагнозом начинали жить, ни в чем себе не отказывая и, в конце концов, от болезни не оставалось и следа.

Такой вариант тоже не исключен. Человек понимает, что скоро умрет, и все вещи, которые его мучили раньше, по сравнению с этим становятся неважными. На первый план выходит собственная жизнь. Смена приоритетов выводит баланс организма на выздоровление. Только это не имеет никакого отношения к самоубеждению.

Можно даже сказать, что потрясения формируют личность. Конечно, иногда они бывают слишком большими, но это не отменяет закаляющего эффекта стрессов вообще. Чтобы выжить, человеку необходимо быть гибким. Но эта гибкость проявляется не в  отказе от жизненных принципов, а в готовности к изменениям. Ведь стабильность, которая у нас есть, может разрушиться в любой момент. Шансов устоять намного больше у того, кто имеет опору не в окружающей действительности, а в самом себе.

— Видимо этим и объясняется то, что многие ветераны, которые участвовали в боях и рисковали жизнью, доживают до глубокой старости?

Эти люди после всего пережитого начинают по другому смотреть на мир. Однажды взглянув в лицо смерти, человек начинает от нее бежать. Может это и покажется странным, но качество нашего здоровья зависит совсем не от возраста, а от умения жить. Вот вам еще парадокс – бывает что человек, который часто болел в молодости, к старости вдруг приобретает недюжинное здоровье. И наоборот – здоровяка внезапно хватает инфаркт. Один научился принимать мир таким,  какой он есть, и выходить из тягостных состояний, а другой – нет.

— Получается, сам человек может регулировать свое здоровье?

Совершенно верно. В каждом из нас заложены внутренние возможности, о которых многие даже не догадываются. Важно уметь слышать себя и окружающий мир. Способные на это руководствуются интуицией, что позволяет избежать многих сложностей. Люди часто начинают болеть только из-за того, что теряют интерес к себе и ко всему окружающему. Но если мы отворачиваемся от жизни, то поворачиваемся  к смерти – другого выбора у нас просто нет.

Михаил Козлов.
Интервью с Н.Л. Шарейко.